Биологический подход к исследованию сексуальности

Шрифт

Содержание материала

Как подчеркивает Бич, формы копулятивного поведения всегда имеют какую-то видовую целесообразность, причем не только с точки зрения продолжения рода, но и с учетом других особенностей видового поведения, зависящих, в конце концов, от экологии. В частности, переход от полигамии, преобладающей у большинства видов, к "моногамии", т.е. устойчивому брачному союзу самца и самки хотя бы на срок выращивания одного выводка, обусловлен, по мнению Э. Уилсона (Wilson E.O., 1975), специфическими условиями, когда одна самка без помощи самца не может вырастить потомство (скудость пищевых ресурсов, необходимость охраны территории от врагов, длительность периода, когда детеныши беспомощны и требуют постоянной материнской опеки и т.п.). Там, где родительские функции выполняет исключительно самка и "отцовства" не существует,   отпадает   необходимость   в длительном предварительном ухаживании и тем более в тесном и длительном брачном союзе (Rossi A.S., 1977).

Однако формы и значение сексуального поведения высших животных связаны не только с репродуктивной функцией. Некоторые физиологические сексуальные реакции приобретают у них, как и у людей, условный, знаковый характер, имеющий более общее коммуникативное значение. Так обстоит дело, например, с эрекцией и демонстрацией эрегированного полового органа. Физиологически эрекция принадлежит к числу непроизвольных и неспецифических реакций. У молодых особей она возникает не только в связи с половым возбуждением, но и в ситуациях, вызывающих страх, агрессию, вообще эмоциональное напряжение.

У взрослых самцов рефлекторные телодвижения приобретают смысл знака, становятся жестами. Так, у обезьян саймири, которых наблюдали Ploog D., McLean P. (1963), демонстрация эрекции другому самцу — жест агрессии и вызова. Если самец, которому адресован такой жест, не примет позы подчинения, он тут же подвергнется нападению.

4. "Если животные столь различны, нужно обращать больше внимания на те, что стоят ближе к человеку, так как это более показательно". Филогенетическая близость - только один из главных принципов межвидового сравнения, в числе которых также сходства репродуктивного поведения, экологической адаптации и основных сенсорных процессов коммуникации. Всегда следует учитывать, что именно сравнивается. Например, по установлению "парных союзов" и способам обучения потомства львы и лисицы имеют с человеком больше общего, чем наши ближайшие родственники — шимпанзе.

Наиболее общая филогенетическая тенденция, существенная для понимания человеческой сексуальности — прогрессивное усложнение, дифференцировка и автономизация сексуальной анатомии, физиологии и поведения. Чем выше уровень биологической организации вида, тем более сложной и многоуровневой становится система его репродуктивных органов и способов ее регуляции на уровне организма. Это связано также с усложнением и автономизацией самой сексуальной функции. Эволюция сексуального поведения - самый яркий пример филогенетического восхождения от жестко запрограммированного поведения к гибкому и избирательному (Wilson E.O., 1975). У самцов насекомых центр копулятивного поведения помещается в нервных узлах на животе, а мозг выполняет, главным образом, функцию торможения.

Чтобы понять копулятивное поведение животных, необходимо установить, какие положительные стимулы или подкрепления побуждают их к этому. У большинства млекопитающих копулятивный цикл является сезонным и ограничен жесткими временными рамками; спаривание происходит только в определенный период, который одновременно является периодом максимальной фертильности самок. Это поведение находится под постоянным гормональным контролем, и соответствующие физиологические реакции наступают в значительной степени автоматически. У приматов же, ив особенности, у человека картина меняется. Сексуальная активность постепенно автономизируется от репродуктивной функции. Шимпанзе (во всяком случае, в неволе) иногда копулируют с самками вне периода сексуальной активности, когда они инфертильны. Относительное ослабление гормонального и средового (влияние таких внешних факторов, как свет, температура, влажность) контроля за сексуальным поведением физиологически связано с процессом "энцефализации", т.е. развития высших отделов мозга, которые   ставят   под   свой   контроль   также   и непосредственное действие гормонов (Rosenzweig S., 1973) .

Автономизация сексуального поведения от репродуктивной функции неизбежно увеличивает многообразие его форм. Оно становится более избирательным, селективным как в отношении своих объектов, так и в отношении условий и способов осуществления. Отсюда вытекает растущее значение индивидуального научения.

Поделиться