Психология

психология-психодиагностика-психотерапия

Fri09222017

Last update04:01:48 AM GMT

Рейтинг@Mail.ru
Back Общая Память Теории и законы памяти (Немов Р.С.)

Теории и законы памяти (Немов Р.С.)

Кривая забывания по Г. Эббингаузу
Кривые, показывающие законы забывания
Таблица с девятью буквами
Карточка с квадратиками
  • Предыдущая
  • 1 of 4
  • Следующая

Краткое содержание: Основные науки, занимающиеся памятью. Теории памяти в психологии. Ассоциативная теория памяти. Понятие ассоциации и ее основные виды: по смыслу, смежности, сходству и контрасту. Гештальттеория памяти. Смысловая концепция памяти. Психоаналитическая теория памяти. Механизмы забывания по З. Фрейду. Деятельностная теория памяти: концеп­ция Выготского-Леонтьева. Информационно-кибернетическая теория памяти. Основные факты из области психологических исследований памяти человека. Законы памяти. Явление реминисценции.

Исследованиями памяти в настоящее время заняты предста­вители разных наук: психологии, биологии, медицины, генети­ки, кибернетики и ряда других. В каждой из этих наук существуют свои вопросы, в силу которых они обращаются к пробле­мам памяти, своя система понятий и, соответственно, свои те­ории памяти. Но все эти науки, вместе взятые, расширяют на­ши знания о памяти человека, взаимно дополняют друг друга, позволяют глубже заглянуть в это, одно из самых важных и загадочных явлений человеческой психологии.

Собственно психологические учения о памяти намного старше ее медицинского, генетического, биохимического и кибернети­ческого исследования. Одной из первых психологических тео­рий памяти, не потерявшей своего научного значения до насто­ящего времени, была ассоциативная теория. Она возникла в XVII в., активно разрабатывалась в XVIII и XIX вв., преимуще­ственное распространение и признание получила в Англии и в Германии.

В основе данной теории лежит понятие ассоциации — связи между отдельными психическими феноменами, разработанное Г. Эббингаузом, Г. Мюллером, А. Пильцекером и др. Память в русле этой теории понимается как сложная система кратковре­менных и долговременных, более или менее устойчивых ассо­циаций по смежности, подобию, контрасту, временной и про­странственной близости. Благодаря этой теории были открыты и описаны многие механизмы и законы памяти, например за­кон забывания Г. Эббингауза, представленный в виде кривой на рис. 43, В соответствии с этим законом, выведенным на основе опытов с запоминанием трехбуквенных бессмысленных слогов, забывание после первого безошибочного повторения серии та­ких слогов вдет вначале довольно быстро. Уже в течение перво­го часа забывается до 60% всей полученной информации, а че­рез 6 дней остается менее 20% от общего числа первоначально выученных слогов.

Отдельные элементы информации согласно ассоциативной теории запоминаются, хранятся и воспроизводятся не изолиро­ванно, а в определенных логических, структурно-функциональ­ных и смысловых ассоциациях с другими.

Со временем ассоциативная теория столкнулась с рядом труд­норазрешимых проблем, основной из которых явилось объяс­нение избирательности человеческой памяти. Ассоциации об­разуются на случайной основе, а память из всей поступающей и Хранящейся в мозге человека выбирает всегда определенную информацию. Понадобилось ввести в теоретическое объясне­ние мнемических процессов еще один фактор, объясняющий целенаправленный характер соответствующих процессов.

Рис. 43. Кривая забывания по Г. Эббингаузу

Тем не менее ассоциативная теория памяти дала много полез­ного для познания ее законов. В русле этой теории было установ­лено, как изменяется количество запоминающихся элементов при разном числе повторении предъявляемого ряда и в зависимости от распределения элементов во времени; как сохраняются в па­мяти элементы запоминаемого ряда в зависимости от времени, прошедшего между заучиванием и воспроизведением.

В конце XIX в. на смену ассоциативной теории памяти при­шла гештальттеория. Для нее исходным понятием и одновре­менно главным принципом, на базе которого необходимо объ­яснять феномены памяти, выступила не ассоциация первичных элементов, а их изначальная, целостная организация — гештальт. Именно законы формирования гештальта, по убеждению сторонников этой теории, определяют память.

В русле данной теории особенно подчеркивалось значение структурирования материала, его доведение до целостности, ор­ганизации в систему при запоминании и воспроизведении, а также роль намерений и потребностей человека в процессах памяти (последнее предназначалось для того, чтобы объяснить избирательность мнемических процессов). Главная мысль, про­ходившая красной нитью через исследования сторонников об­суждаемой концепции памяти, состояла в том, что и при запо­минании, и при воспроизведении материал обычно выступает в виде целостной структуры, а не случайного набора элементов, сложившегося на ассоциативной основе.

Динамика запоминания и воспроизведения в гештальттеории виделась следующим образом. Некоторое, актуальное в дан­ный момент времени потребностное состояние создает у чело­века определенную установку на запоминание или воспроизве­дение. Соответствующая установка оживляет в сознании инди­вида некоторые целостные структуры, на базе которых в свою очередь запоминается или воспроизводится материал. Эта уста­новка контролирует ход запоминания и воспроизведения, оп­ределяет отбор нужных сведений.

Найдя психологическое объяснение некоторым фактам из­бирательности памяти, эта теория, однако, столкнулась с не менее сложной проблемой формирования и развития памяти человека в фило- и онтогенезе. Дело в том, что и мотивационные состояния, которые детерминируют мнемические процес­сы у человека, и сами гештальты мыслились как наперед задан­ные, неразвивающиеся образования. Вопрос о зависимости раз­вития памяти от практической деятельности человека здесь не­посредственно не ставился и не решался.

Не было найдено удовлетворительного ответа на вопрос о генезисе памяти и у представителей двух других направлений психологических исследований мнемических процессов — би­хевиоризма и психоанализа. Взгляды сторонников бихевиоризма на проблему памяти оказались весьма близкими к тем, которые разделялись ассоцианистами. Единственное существенное раз­личие между ними заключалось в том, что бихевиористы под­черкивали роль подкреплений в запоминании материала и много внимания уделяли изучению того, как работает память в про­цессах научения.

Заслугой З. Фрейда и его последователей в исследовании па­мяти явилось выяснение роли положительных и отрицательных эмоций, мотивов и потребностей в запоминании и забывании материала. Благодаря психоанализу были обнаружены и описаны многие интересные психологические механизмы подсознатель­ного забывания, связанные с функционированием мотивации.

Примерно в это же время, т.е. в начале XX в., возникает смысловая теория памяти. Утверждается, что работа соответст­вующих процессов находится в непосредственной зависимости от наличия или отсутствия смысловых связей, объединяющих запоминаемый материал в более или менее обширные смысло­вые структуры (А. Бине, К. Бюлер). На первый план при запо­минании и воспроизведении выдвигается смысловое содержа­ние материала. Утверждается, что смысловое запоминание подчиняется иным законам, чем механическое: подлежащий за­учиванию или воспроизведению материал в данном случае вклю­чается в контекст определенных смысловых связей.

С началом развития кибернетики, появлением вычислитель­ной техники и развитием программирования (языков и при­емов составления программ машинной обработки информации) начались поиски оптимальных путей принятия, переработки и хранения информации машиной. Соответственно приступили к техническому и алгоритмическому моделированию процессов памяти. За несколько последних десятилетий подобных иссле­дований был накоплен богатый материал, который оказался весь­ма полезным для понимания законов памяти.

Представители этих наук стали проявлять повышенный ин­терес к собственно психологическим исследованиям памяти, по­тому что это открывало возможности для совершенствования языков программирования, его технологии и памяти машин. Этот взаимный интерес привел к тому, что в психологии стали разрабатывать новую теорию памяти, которую можно назвать информационно-кибернетической. В настоящее время она делает только первые, но весьма многообещающие шаги на пути к более глубокому пониманию человеческой памяти с использова­нием достижений кибернетики и информатики. Ведь человече­ский мозг — это тоже своего рода сложнейшая электронно-вычислительная и аналоговая машина.

В отечественной психологии преимущественное развитие по­лучило направление в изучении памяти, связанное с общепси­хологической теорией деятельности. В контексте этой теории память выступает как особый вид психологической деятельно­сти, включающей систему теоретических и практических дейст­вий, подчиненных решению мнемической задачи — запомина­ния, сохранения и воспроизведения разнообразной информа­ции. Здесь внимательно исследуется состав мнемических дей­ствий и операций, зависимость продуктивности памяти от того, какое место в структуре занимают цель и средства запоминания (или воспроизведения), сравнительная продуктивность произ­вольного и непроизвольного запоминания в зависимости от ор­ганизации мнемической деятельности (А.Н. Леонтьев, П.И. Зинченко, А.А.Смирнов и др.).

Начало изучению памяти как деятельности было положено работами французских ученых, в частности П.Жане. Он одним из первых стал трактовать память как систему действий, ориен­тированных на запоминание, переработку и хранение материа­ла. Французской школой в психологии была доказана социаль­ная обусловленность всех процессов памяти, ее прямая зависи­мость от практической деятельности человека.

У нас в стране эта концепция получила свое дальнейшее раз­витие в культурно-исторической теории происхождения высших психических функций. Были выделены этапы фило- и онтогене­тического развития памяти, особенно произвольной и непроиз­вольной, непосредственной и опосредствованной. Согласно деятельностной теории памяти, образование связей-ассоциаций между различными представлениями, а также запоминание, хра­нение и воспроизведение материала объясняются тем, что де­лает человек с этим материалом в процессе его мнемической обработки.

Ряд интересных фактов, раскрывающих особенности меха­низмов запоминания, условия, при которых оно происходит луч­ше или хуже, обнаружил в своих исследованиях А.А. Смирнов. Он установил, что действия запоминаются лучше, чем мысли, а среди действий, в свою очередь, прочнее запоминаются те, ко­торые связаны с преодолением препятствий, в том числе и са­ми эти препятствия.

Рассмотрим основные факты, добытые в русле различных теорий памяти.

Немецкий ученый Г. Эббингауз был одним из тех, кто еще в прошлом веке, руководствуясь ассоциативной теорией памяти, получил ряд интересных данных. Он, в частности, вывел следую­щие закономерности запоминания, установленные в исследова­ниях, где для запоминания использовались бессмысленные слоги и иной слабо организованный в смысловом плане материал.

1. Сравнительно простые события в жизни, которые произ­водят особенно сильное впечатление на человека, могут запо­минаться сразу прочно и надолго, и по истечении многих лет с момента первой и единственной встречи с ними могут высту­пать в сознании с отчетливостью и ясностью.

2. Более сложные и менее интересные события человек мо­жет переживать десятки раз, но они в памяти надолго не запе­чатлеваются.

3. При пристальном внимании к событию достаточно бывает его однократного переживания, чтобы в дальнейшем точно и в нужном порядке воспроизвести по памяти его основные моменты.

4. Человек может объективно правильно воспроизводить со­бытия, но не осознавать этого и, наоборот, ошибаться, но быть уверенным, что воспроизводит их правильно. Между точностью воспроизведения событий и уверенностью в этой точности не всегда существует однозначная связь.

5. Если увеличить число членов запоминаемого ряда до ко­личества, превышающего максимальный объем кратковремен­ной памяти, то число правильно воспроизведенных членов это­го ряда после однократного его предъявления уменьшается по сравнению с тем случаем, когда количество единиц в запоми­наемом ряду в точности равно объему кратковременной памяти. Одновременно при увеличении такого ряда возрастает и коли­чество необходимых для его запоминания повторений. Напри­мер, если после однократного запоминания в среднем человек воспроизводит 6 бессмысленных слогов, то в случае, когда ис­ходный ряд состоит из 12 таких слогов, воспроизвести 6 из них удается, как правило, лишь после 14 или 16 повторений. В случае, если количество слогов в исходном ряду будет равно 26, то по­надобится примерно 30 повторений для получения того же са­мого результата, а в случае ряда из 36 слогов — 55 повторений.

6. Предварительное повторение материала, который подле­жит заучиванию (повторение без заучивания), экономит время на его усвоение в том случае, если число таких предварительных повторений не превышает их количества, необходимого для полного заучивания материала наизусть.

7. При запоминании длинного ряда лучше всего по памяти воспроизводятся его начало и конец («эффект края»).

8. Для ассоциативной связи впечатлений и их последующего воспроизводства особо важным представляется то, являются ли они разрозненными или составляют логически связанное целое.

9. Повторение подряд заучиваемого материала менее про­дуктивно для его запоминания, чем распределение таких по­вторений в течение определенного периода времени, например в течение нескольких часов или дней.

10. Новое повторение способствует лучшему запоминанию того, что было выучено раньше.

11. С усилением внимания к запоминаемому материалу чис­ло повторений, необходимых для его выучивания наизусть, мо­жет быть уменьшено, причем отсутствие достаточного внима­ния не может быть возмещено увеличением числа повторений.

12. То, чем человек особенно интересуется, запоминается без всякого труда. Особенно отчетливо эта закономерность прояв­ляется в зрелые годы.

13. Редкие, странные, необычные впечатления запоминают­ся лучше, чем привычные, часто встречающиеся.

14. Любое новое впечатление, полученное человеком, не оста­ется в его памяти изолированным. Будучи запомнившимся в од­ном виде, оно со временем может несколько измениться, вступив в ассоциативную связь с другими впечатлениями, оказав на них влияние и, в свою очередь, изменившись под их воздействием.

Т. Рибо, анализируя важные для понимания психологии па­мяти случаи амнезий — временных потерь памяти, отмечает еще две закономерности:

— память человека связана с его личностью, причем таким образом, что патологические изменения в личности почти всег­да сопровождаются нарушениями памяти;

— память у человека теряется и восстанавливается по одно­му и тому же закону: при потерях памяти в первую очередь страдают наиболее сложные и недавно полученные впечатле­ния; при восстановлении памяти дело обстоит наоборот, т.е. сначала восстанавливаются наиболее простые и старые воспо­минания, а затем наиболее сложные и недавние.

Обобщение этих и многих других фактов позволило вывести ряд законов памяти. Обратимся к основным из них. Установле­но, что в запоминании, сохранении и воспроизведении материала участвуют различные операции по переработке, перекоди­рованию его, в том числе такие мыслительные операции, как анализ, систематизация, обобщение, синтез и др. Они обеспечи­вают смысловую организацию материала, определяющую его за­поминание и воспроизведение.

При воспроизведении какого-либо текста с целью его запо­минания в памяти запечатлеваются не столько сами слова и предложения, составляющие данный текст, сколько содержа­щиеся в нем мысли. Они же первыми приходят в голову тогда, когда возникает задача вспомнить данный текст.

Установка на запоминание способствует ему, т.е. запомина­ние лучше происходит в том случае, если человек ставит перед собой соответствующую мнемическую задачу. Если данная ус­тановка рассчитана на запоминание и хранение информации в течение определенного срока, что бывает при использовании оперативной памяти, то именно к этому сроку срабатывают ме­ханизмы памяти.

То, что в структуре деятельности занимает место ее цели, помнится лучше, чем то, что составляет средства осуществле­ния данной деятельности. Следовательно, для того чтобы по­высить продуктивность запоминания материала, нужно каким-то образом связать его с основной целью деятельности.

Большую роль в запоминании и воспроизведении играют повторения. Их продуктивность в значительной степени зави­сит от того, в какой мере данный процесс интеллектуально на­сыщен, т.е. является не механическим повторением, а новым способом структурирования и логической обработки материа­ла. В этой связи особое внимание должно обращаться на пони­мание материала и осознание смысла того, что с ним в процес­се запоминания делается.

Для хорошего заучивания материала нецелесообразно сразу его учить наизусть. Лучше, если повторения материала распре­делены во времени таким образом, чтобы на начало и конец заучивания приходилось сравнительно большее число повторе­ний, чем на середину. По данным, полученным А. Пьероном, распределение повторений в течение суток дает экономию вре­мени более чем в два раза, по сравнению с тем случаем, когда материал сразу заучивается наизусть.

Любая из частей, на которые при заучивании делится весь материал в целом, должна сама по себе представлять более или менее законченное целое. Тогда весь материал лучше организу­ется в памяти, легче запоминается и воспроизводится.

Рис. 44. Гипотетические кривые, показывающие законы забывания механиче­ски заученного и осмысленного материала (использованы данные, полученные Г. Эббингаузом (— — —), другими исследователями (___ . ___) и кривая, представляющая их сумму (___)

Один из интересных эффектов памяти, которому до сих пор не найдено удовлетворительного объяснения, называется реми­нисценцией. Это — улучшение со временем воспроизведения заученного материала без дополнительных его повторений. Чаще это явление наблюдается при распределении повторений мате­риала в процессе его заучивания, а не при запоминании сразу наизусть. Отсроченное на несколько дней воспроизведение не­редко дает лучшие результаты, чем воспроизведение материала сразу после его выучивания. Реминисценция, вероятно, объяс­няется тем, что со временем логические, смысловые связи, об­разующиеся внутри заучиваемого материала, упрочиваются, ста­новятся более ясными, отчетливыми. Чаще всего реминисцен­ция происходит на 2—3-й день после выучивания материала. На рис. 44 с учетом явления реминисценции показана кривая забывания Г. Эббингауза. Отметим, что реминисценция как яв­ление возникает в результате наложения друг на друга по сути дела двух различных законов, один из которых характеризует забывание осмысленного, а другой — бессмысленного материала.

Некоторые иные законы памяти мы продемонстрируем на показательных опытах, обобщение результатов которых позво­ляет увидеть их в наиболее отчетливом виде.

Опыт 1. (Показывает, что при восприятии материала мы обыч­но видим намного больше, чем запоминаем и в состоянии вос­произвести. Этот опыт также доказывает, что в нашей памяти оседает гораздо больше того, что мы в состоянии осознать.)

Испытуемым примерно на 0,05 с предъявляется таблица, со­держащая 9 букв (рис. 45). После удаления таблицы из поля зре­ния испытуемых просят сообщить, сколько из представленных на ней букв они запомнили. В среднем называется обычно 4—5 букв. Затем этим же испытуемым последовательно предъявляется 9 карточек, где с помощью черных квадратиков отмечены места, на которых находились воспринимаемые буквы. Несколько таких карточек показано на рис. 46. Испытуемых при этом просят вспом­нить, какие буквы находились на тех местах, где сейчас распола­гается черный квадратик. Выясняется, что в этом случае припо­минается уже не 4—5, а намного больше букв, почти все 9.

Результат этого опыта объясняют следующим образом. К то­му времени, когда испытуемого просят вспомнить восприятие буквы, часть из них уже уходит из хранилища кратковременной памяти и находится на пути в долговременную память. Поэто­му для того чтобы вспомнить, испытуемому уже требуется не­который стимул-средство. Восстанавливаемое зрительное поле, по-видимому, и является одним из таких стимулов-средств.

Установлено, кроме того, что способность воспроизвести про­извольно указанную местоположением квадратика букву в этом опыте постепенно снижается по мере задержки появления мет­ки в зрительном поле. Если этот интервал времени превышает 0,5 с с момента предъявления карточки (сначала в опыте появ­лялась на экране карточка, а затем зажигалась соответствующая метка), то полностью восстановить в памяти остальные буквы испытуемому уже не удается.

Рис. 45. Таблица с девятью буквами, предъявленная испытуемым в опыте


Рис. 46. Карточка с квадратиками, нарисованными на местах, где раньше находились буквы (выборочно представлены только три карточки из девяти)

–––

Немов Р. С. Психология: Учеб. для студ. высш. пед. учеб. заведений: В 3 кн. - 4-е изд. - М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2003. - Кн. 1: Общие основы психологии. - 688 с. С. 233-243.

Обновлено 09.03.2011 18:43

Похожие материалы